Календарный лист лежал под журналом. Число 14 было обведено дважды: один круг сделан карандашом, другой — мокрым дном чашки. Год оторвали вместе с верхним краем.
Элиас хранил такие листы в ящике стола. Каждый сентябрь находился ещё один. Он долго считал их копиями, пока не заметил: след от чашки каждый раз сдвигался. Дата стояла на месте. Рука, поставившая чашку, — нет.
На одном листе было написано: «Свет вернулся».
На другом: «Я вернулся туда, где был свет».
Эти две фразы долго лежали рядом. Элиас прочёл их слишком быстро и запомнил как одну. Теперь он раздвинул листы, оставив между ними полосу стола.
заметка без подписи
Не ставь рядом только то, что совпало.
Оставь место тому, что должно было повториться и не повторилось.
Он достал остальные листы. На одном маяк погас. На другом его не было видно из-за тумана. Третий оказался пустым. До этого утра пустые листы он выбрасывал.
Элиас положил пустой рядом с исписанными. Бумага пожелтела так же; вдоль сгиба проступила та же тёмная полоса. Только рассказа на ней не было. Узнать, ничего ли не случилось или никто не записал, уже не получалось.
В ящике хранился не один день, прожитый много раз. Там лежали разные дни, которым досталась одна клетка календаря. Сходство помогло их найти. Теперь нужно было не потерять различия.
Внизу последнего листа после цифры 2 сразу стояло 14. Элиас пересчитал то, чего недоставало: одиннадцать чисел. Провёл пальцем по бумаге. Между вторым и четырнадцатым не было ни разрыва, ни склейки; край одной клетки касался края другой.
Он перевернул лист.
«Кто-нибудь помнит отсутствующие дни?»
Вопрос был записан его рукой. Ответа не было. Элиас хотел дорисовать пропущенные клетки, но отложил карандаш. Одиннадцать новых квадратов сделали бы лист ровнее. Они не сказали бы, куда делись числа.
Он оставил этот лист наверху. Теперь ему нужна была другая запись — с сохранившимся годом.
На часах было 06:14. Он собирался перенести это время на календарь, но остановился.
Часы говорили, когда он смотрел.
Лист ещё не рассказал, на что.